Автор

Моя фотография

Преподаватель Академии народного хозяйства, писатель, пенсионер...

воскресенье, 21 августа 2016 г.

Человек и паук

Человек и паук


Павлов дочистил зубы, вымыл щётку, воткнул её в комбинированную пластиковую мыльницу и улыбнулся. Через нижнюю губу скользнула дорожка зубной пасты. Павлов перевел взгляд на зеркало, увидел себя и снова улыбнулся. Поднял сложенными лодочкой ладонями штырёк деревенского умывальника, набрал воды и прополоскал рот. Теперь можно вплотную заняться неожиданно появившимся предметом изучения.
Справа от Павлова в центре затянувшей окошко сарайчика паутины сидел паук.
  • А ты вырос за лето!, - вслух оценил размеры паука Павлов, но получилось, как будто он поздоровался.


Паук пошевелился, и по паутине пробежала еле заметная волна. Павлов знал паука с мая. Тогда он был совсем меленьким - с зёрнышко риса. Через три месяца, в августе паук был уже размером с тыквенную семечку. Павлов и не представлял, что пауки могут быть такими большими. Обычный паук, не тарантул. Серый и даже с каким-то рисунком на спине.
Они не виделись три месяца. Павлова и паука связывали отношения. Можно сказать, договорные.  Когда однажды утром, а точнее, в пять часов тридцать минут Павлов умывался под умывальником в сарае, он увидел паутину справа от себя. Паутина затянула маленькое оконце. Умываясь Павлов задел правой рукой край паутины, и она дернулась из-за оборванных нитей.
  • Давай договоримся! На мою территорию не лезь, плети свою паутину, не касаясь умывальника, - строго сказал тогда Павлов маленькому паучку.
С тех пор Павлов не видел паука - тот прятался где-то на периферии своей паутины. Единственное, что отмечал Павлов, так это восстановленные нити. Если Павлов обнаруживал нитки, накинутые пауком на край раковины умывальника, то осторожно обрывал их и предупреждал паука о нарушении договоренностей. В ответ на это по паутинке пробегала легкая дрожь - паук, казалось, слышал замечания Павлова.
Забегая время от времени в сарайчик вымыть руки, испачканные на огородных работах, Павлов видел паутину и вспоминал о пауке. Иногда, махнув туда-сюда полотенцем, Павлову удавалось загнать в паутину парочку мух. Он считал, что подкармливает паука, помогая ему преодолеть теорию вероятности попадания мух в паутину. Мухи действительно исчезали. Наверное паук съедал их.
Ранние подъемы, работа на земле и простой деревенский умывальник были вынужденной мерой, а вовсе не чертой бедности Павлова. Дача у него была вполне приличная - дом и баня со всеми удобствами, две теплицы и сарай размером два на два метра, от чего назывался сарайчиком. Маленький сарай стал временным пристанищем Павлова, поскольку все комфортабельные места проживания летом заняты родственниками.
Если не вставать так рано, то позже уже не дадут ни почитать, ни написать пару строк заметок о том, о сём. С годами Павлову всё больше нравилось не только читать, но и писать. Может, в нем спал писательский талант? А годы-то были уже пенсионные. С одной стороны, лет хватало, чтобы поделиться опытом. С другой стороны, приходило понимание, что поделиться опытом невозможно, и, делись ни делись, люди не внемлют чужому опыту, пока опыт ни будет обретен самостоятельно.
Павлов обрадовался пауку, как хорошему знакомому, с которым давно не виделся, хотя и знал, что он где-то рядом. Ближе к осени развелось много злых кусачих мух, и Павлов с удовольствием загнал в паутину трёх жирных, желая угодить пауку нежданно свалившимся с неба лакомством. Паук отреагировал странно. Он подбежал к одной из мух, поколдовал с ней и… отпустил. Тоже он проделал и с двумя другими мухами.
Может, он брезгует или, наоборот, ответно делится с Павловым? Злой жестокий паук, как о нём пишут в сказках, оказался гуманистом, и высвободил из неожиданного плена свою… еду? Удивительно! Паук вернулся в центр паутины и замер. Павлову показалось, что паук строго посмотрел на него. Хотя, что можно судить по взгляду восьми паучьих глаз?
И все же, словно выразив взглядом то, что хотел сказать человеку, паук, быстро перебирая лапками, убежал в угол сарайчика, где, судя по всему, и было место его уединения. Как для Павлова таким местом был его сарай. Когда-то давно сарай стал первой постройкой на дачном участке, чтобы можно было хранить инструменты, укрыться от дождя, а то и остаться ночевать. С тех пор остался грубо сбитый топчан с полосатым матрасом, колючим синим одеялом и ватной подушкой в белой наволочке со штампом воинской части. До пенсии Павлов служил в армии.
Сарайчик до сих пор ассоциируется с уединением и одиночеством. Здесь Павлову всегда было хорошо. Как Диогену в его бочке. Наверное, одиночество - это особенная ценность, цена которой растет с возрастом. Оказалось, что Павлов не один. В сарайчике живет паук. Мухи не считаются, конечно, они - как понаехавшие и расплодившиеся мигранты.
  • Ну, чего убежал?, - позвал Павлов паука из угла - захотелось поговорить, порассуждать, пофилософствовать, и нужен был собеседник.
Паук высунулся из своего убежища в углу, но на этом и остановился.
  • Да ты иди сюда, в центр!, - и Павлов пальцем прикоснулся к центру паутины.
Нити паутины были слегка липкими, но это не вызвало брезгливости. Павлов оставил палец в паутине, слегка надавливая на нее, словно подавая сигнал пауку.
  • Ловко ты плетешь свою паутину!, - Павлов приблизил глаза и рассматривал ниточки.
Паук оставался в своем углу.
Павлов перевел глаза на зеркало над умывальником и улыбнулся - ему в голову пришла забавная мысль.
  • Слушай, паук! А может твоя паутина - это портал между мирами? Такое же говорят о зеркалах, - Павлов посмотрел на паука.
  • Ну, да! Портал! Еще какой портал! Ты даже не представляешь, как ты угадал, дед!, - послышался юный мальчишеский голосок, и Павлов оторопел.
Ну, конечно! Это к соседям приехали дети или кто-то из дачников с детьми проходит по дороге за забором. Но как же так? Почему ребячий голос ответил на вопрос Павлова? Странно!
  • Надо же! Показалось, что мне ответил паук!, - Павлов улыбнулся своему отражению в зеркале.
  • Оп-па!, - вновь послышался детский возглас, - Он что - слышит меня? Это же невозможно! Это односторонний канал! Папа! Здесь что-то странное происходит!
  • Блин! Что за галлюцинация?, - обеспокоенно прислушался к себе Павлов. - Опять голос! Голоса - это плохо. Это надо к врачу. Это значит, крыша поехала.
  • Ничего се…, - на полуслове оборвался голос.
Павлов оторвал палец от паутины и смотрел на его кончик, а надо бы, по логике вещей, смотреть на паутину, в ее центр. Павлов начал догадываться и боялся догадки. Он снова воткнул палец в центр паутины.
  • … ак бы не порвал паутину! Ты там поосторожнее, дед!, - снова с полуслова послышался голос - определенно мальчика лет двенадцати.
  • Так-так!, - ввязался в бой Павлов. - А ну-ка, отвечай, кто ты такой и где прячешься, разыгрывая старика?
  • Опять слышит! Папа! Иди сюда скорей! Дед нас слышит! Что делать!, - звал кого-то голос, называя папой.
Всё ещё не понимая, что происходит, и всё больше тревожась, что с ним что-то не так, Павлов посмотрел в зеркало и погрозил себе пальцем, оторвав его от паутины. Голос больше не появлялся, и Павлов удовлетворенно кивнул своему отражению. Оставалось только ещё раз ткнуть пальцем в паутину, чтобы убедиться, что ему что-то такое померещилось. Указательный палец - тот, что всегда используется, чтобы ткнуть в незнакомый предмет или нажать на кнопку - снова оказался в центре паутины.
  • ...апа! Я думал ты дома, а ты в институте, вот и звоню тебе. Тут что-то непонятное творится с твоим приёмником, - голос, судя по всему, говорил с кем-то по телефону. - Подключить тебя к системе? А как это сделать? Что? Сейчас приедешь? Как это ничего не трогать? Мне-то что делать?
Павлов откашлялся, как это делают, чтобы дать понять, что он здесь и всё слышат.
  • Папа! Он опять меня слышит! Он мне пальцем погрозил в камеру! Что делать?, - взволнованно, по-детски испуганно обращался к кому-то голос.
  • Ну, и кто это там папу от работы отвлекает?, - лукаво поинтересовался Павлов.
  • Алёша!, - ответил голос.
  • И кто у нас этот Алёша?, - спросил Павлов так, как спрашивают у детей, сколько им лет, как зовут и где живут.
  • Твой правнук Алёша Павлов, - строго, как это умеют только дети, сообщил голос.
Это уж слишком для галлюцинаций. Мало того, что голоса, так ещё и родственник. Правнук?
  • Знаешь что, правнук Алёша! Расскажи-ка мне всё по порядку, - потребовал… прадед.
Забавная получилась история. Внук Павлова - Кирюшка, а сейчас Кирилл Александрович, инженер биокибернетик, сильно скучал по деду, когда… Короче, люди же не вечны. Кирилл стал, как и многие до него, искать способы путешествий в прошлое. Нет, не совсем так. Сначала внук Павлова начал свои поиски, а уже потом стал биокибернетиком.
Оказалось, что некоторые насекомые и паукообразные обладают удивительной способностью морфологически изменять свой вид, посылая в прошлое особые сигналы. Например, если в настоящем времени особи имеют некое несовершенство, то в обычном, так сказать, дарвиновском случае, потребовались бы большое число смен поколений, чтобы недостаток был исправлен. Однако ученые обратили внимание, что по-дарвиновски происходит не всегда.
Насекомые и паукообразные порождают нечто вроде “коллективного разума”, и это известно ученым давно, особенно на примере пчёл, муравьев и термитов. Каково же было удивление учёного мира, когда оказалось, что такой “коллективный разум”, а еще его называют, например, в случае пчёл,  “дух пчелиной семьи”, может обращаться из настоящего времени к особям в прошлом, чтобы внести изменения в их поведение или даже в генетику. Такой способ приспособления к изменениям во внешней среде был гораздо эффективнее описанного Чарльзом Дарвиным.
Ученый мир стал подумывать о применении этого эффекта для нужд человечества, и это было куда более заманчиво, чем клонирование овечки Долли или генномодифицированная картошка. Вскоре страсти поутихли, фурор спал и теория обратного изменения генетики стала уделом ученых и почвой для тем диссертаций. Лишь Кирилл Александрович Павлов, внук своего деда и отец своего сына решил использовать научное открытие для контакта с прошлым.
Однажды Кирилл, тогда еще Кирюшка услышал от деда сказку, которую тот сочинил для внука, а дед часто это делал. В очередной сказке дед рассказал о том, что в сарайчике на дальнем конце их дачного участка живет волшебный паук, который может исполнять желания, стоит только обратиться к нему. В сказке паук как-то связывался со своими предками-пауками, те бежали куда-то на своих восьми ножках, изменяли что-то в прошлом, и в настоящем появлялось то, что пожелал.
Павлов внимательно слушал рассказ правнука. Он не помнил этой сказки, возможно в тот момент, о котором рассказывает Алёша, сказки еще не было. Кирюшка рос, но помнил ту сказку. Может быть, сказка повлияла на выбор профессии.
Вместе с коллегами по научной лаборатории Кирилл Александрович изучал жизнь пауков и ставил над пауками эксперименты. Группой ученых были созданы приборы, с помощью которых удалось изменять генетику пауков, создавая разные условия существования подопытных. Было доказано, что изменения в настоящем происходят из-за изменений в прошлом, и делает это именно “коллективный разум” пауков.
Кирилл Александрович потихоньку принес домой то, что нужно, и развернул что-то вроде домашней лаборатории. Он выбрал известного ему по сказке деда паука в сарайчике, и изменил его генетику так, что теперь можно было использовать восемь паучьих глаз для получения изображения из прошлого, а паутину для получения оттуда же звуков вокруг. Кстати, случайно залетающие в паутину мухи своим жужжанием искажали звук, и паук получал из будущего команду избавиться от мух.
В первый раз Кирилл Александрович затаил дыхание, увидев знакомые с детства доски сарая, черенки лопат и граблей в углу, дедов топчан с полосатым матрасом, застеленным синим солдатским одеялом, а также угол эмалированной раковины умывальника. В зеркало отражалась часть участка. Кирилл поколдовал с компьютером, и паук переместился в другое место паутины. Теперь в зеркале был отчетлив виден участок и… дед. Дед, которого уже десять лет  нет в живых. Внук не сдержал слез.
Время от времени дед заходил в сарай вымыть руки, и Кирилл мог видеть того крупным планом. Особенно ценными были минуты, когда дед пускался в свои старческие философские рассуждения в своих разговорах с пауком, которого он выбрал собеседником. Иногда получалось весьма забавно.
  • Ну, что, паук? Лето кончается. Мух развелось, а ты мух не ловишь., - начинал издалека дед. - Хочешь теорию о том, почему мухи становятся такими злыми к осени.
И дед придумывал небылицу, что мухи сами нарываются на скорую смерть, потому что должен быть закончен их цикл. Старые мухи должны умереть, а молодые уснуть от холода, чтобы весной дать потомство новым мухам. Удивительным было то, что дед оказался прав. Именно так все у мух и обстояло. Энтомологи лишь позднее узнали об этом секрете.
Однажды Кирилл открылся своему сыну Алёше и показал тому его прадеда. Алексей был поражен…
  • Погоди-ка, Алёша!, - прервал рассказ правнука Павлов. - Вы что, живете на нашей даче?
  • Только летом, - улыбнулся мальчик. - Тут летом собирается много народу. У нас два дома на участке. Старый деревянный, который, как говорит папа, построил еще ты, и новый каменный. Раньше на его месте была баня, но я этого не застал. Папа не велит ломать старый сарай, и теперь ты знаешь почему. Там живет его паук.
  • Погоди-ка, погоди-ка!, - Павлов загорелся узнать, как живут его потомки. - Ну, и как вам живется на даче?
  • В деревянном доме живут папины сестры - тётя Аня и тётя Даша, они близнецы. - стал делиться семейным укладом Алексей. - Они дружат с папой и между собой. А в каменном доме живем мы - папа, мама, моя старшая сестра и я. Но это только летом. Так-то у нас квартира в Москве, в Новых Ватутинках.
  • А как сестру твою зовут?, - поинтересовался Павлов.
  • Марина…
Прадед и правнук еще долго говорили. Павлов с интересом узнавал о будущем своих потомков, и это будущее нравилось ему. Алёша торопился закончить рассказ, чтобы сказать прадеду главное.
  • Дедушка!, - решительно сменил тему Алексей. - Я должен сказать тебе главное. Мне нужно сказать тебе, как ты… Я должен предупредить тебя, чтобы ты…
  • Не надо!, - оборвал правнука прадед. - Будь здоров! Рад был с тобой познакомиться! Передавая привет отцу. Прощай!
Павлов оторвал палец от паутины. Он догадался, о чем ему хотел сказать внук. Только что Павлов увидел будущее. Хорошее, счастливое будущее. Нельзя изменять прошлое, потому что это изменит будущее, и что из этого получится, никто не знает.
Павлов подмигнул своему отражению в зеркале и пошел в направлении грядок - там нужно было доделать работу.
В сарай вбежал запыхавшийся Кирилл. На старом топчане сидел его сын Алёша и горько рыдал, закрыв лицо ладошками.
  • Он отказался менять прошлое!, - смог он выдавить через слезы.
Отец обнял сына за плечи.
  • Дед прав! Прошлое менять нельзя!, - и его глаза увлажнились, поддерживая слезы сына.
Павлов копался в грядках. В его голове зрел сюжет сказки о волшебном пауке. Сегодня он расскажет ее своему внуку Кирюшке. Кто сказал, что прошлое нельзя менять?...


Сергей Александрович Русаков.
20 августа 2016 года.

Пенза.

1 комментарий: