Автор

Моя фотография

Преподаватель Академии народного хозяйства, писатель, пенсионер...

четверг, 4 мая 2017 г.

Масло и вино - 2


Масло и вино
(сказка)


Глава 2-я, в которой главный герой пытается понять, чего от него хотят незнакомые ему люди, незаметно для себя включаясь в чужую игру


Маслов, конечно же, был занят поиском ответа на вопрос: “Где я?”. Осмотревшись, он увидел с десяток стариков вокруг себя, а также каменные стены с маленькими окошками, и снаружи, кажется, вечерело. Или рассветало? Деревянные потолки с деревянными столбами подпорок под деревянные балки. Какой-то громоздкий механизм в углу. С круглыми каменными жерновами. Пара металлических кувшинов. Высотой по пояс и в два обхвата в широкой части. Обзор не дал Маслову ответа на вопрос.
  • Где я?, - спросил он и обвел глазами стариков.
  • В дни цветения священной оливы боги послали нам тебя в помощь”, - подняв глаза в потолок, возгласил старик, говорящий на плохом русском.
  • Бог вам в помощь!, - парировал шуткой патетику старика Маслов.
Старик прищурился, вглядываясь за ворот рубашки Маслова, увидел на шее черный шнурок и улыбнулся.
  • Господь послал нам тебя по нашим молитвам, - и старик широко православно перекрестился.
Надо бы, конечно, спросить о единственно важном - о месте своего пребывания, но Маслов подумал, что с этим вопросом в важности конкурируют и другие: “Кто эти люди? Чего они хотят от меня? И чем это для меня кончится?”.
  • Вы кто такие?, - взял быка за рога Маслов, решив идти напролом, пока в стариках не видно явной угрозы.
  • Мы потомки своих предков. Шесть тысяч лет назад здесь процветала минойская цивилизация. Мы собрались, чтобы решить одну важную проблему, - старик, кажется, собирался пуститься в долгое повествование, но Маслову требовалось как можно быстрее определиться со своим положением во всей этой ситуации.
  • Что за проблема?, - ускорил он свое продвижение к цели.
  • Оливки!, - выпалил старик, и другие старики закачали и закивали головами, подтверждая, то это действительно проблема.
  • Ну, оливки! И что? Что с ними такое, что вы это считаете проблемой?, - Маслов старался держать себя под контролем - он много раз зарекался не ввязываться в решение чужих проблем, но попадался в эту ловушку довольно часто.
  • Если ты позволишь, о посланник богов… посланник Господа…, - посмотрел на Маслова, - мы расскажем тебе все по порядку. Ведь ты можешь и должен нам помочь. Будь другом! Выслушай нас!
  • Другом-то другом, но кто вы такие, кроме того, что потомки этой самой цивилизации?, - этот вопрос был из числа важных. - Вот ты, к слову, кто? Вы не предствились друг другу. Мы не знакомы, а раз так, с чего бы это я могу и должен вам помогать?
Вопросы и предложение к знакомству были адресованы и к русскоговорящему старику, но и о других стариках надо бы знать. Маслов замолчал, ожидая ответов.
  • Меня зовут Демис Хрисидис. Я - профессор Ираклионского университета, доктор биологических наук, главный агроном острова, - Маслов непроизвольно присвистнул - старик не тянул на профессора, и больше был похож на крестьянина, а не на главного агронома. - А это - мои товарищи.
Профессор назвал по именам других стариков, среди которых оказались еще парочка профессоров, мэр какого-то местного городка, отставной генерал, отставной полицейский, школьный учитель, местный священник, но почему-то не в облачении, врач-педиатр, художник, фотограф и крестьянин. Просто крестьянин. Маслов насчитал вместе с русскоговорящим профессором двенадцать человек.
  • Мы собираемся здесь тайно. В некотором смысле, мы - тайное общество, и собраться вместе нас заставила ситуация, развитие которой грозит миру катастрофой!, - профессор возвысил голос, а его товарищи закачали головами и закачились в поддержку.
  • Ну, ладно! Пока все еще ничего не понятно, но прежде, чем я выслушаю эту вашу тайную историю, я все же хочу знать, где я и как здесь оказался?, - Маслов решил не упускать главного.
Главный агроном огляделся вокруг, обвел взглядом других стариков, получил их одобрение кивками голов и сказал:
  • Это территория ботанического сада. Мы в старой маслодельне. Как обычно, мы собрались, чтобы обсудить положение дел, и вдруг в дверь что-то сильно ударило. Двое из нас, кто имеет специальную подготовку, решились посмотреть, что случилось. За дверями оказался ты. Возможно, ты шел сюда, но споткнулся на ступеньках, упал, ударился головой о дверь и потерял сознание. Мы внесли тебя внутрь, и тут отец Рафаил догадался, что ты - посланник, и наши молитвы дошли до Господа, - профессор кивнул головой в сторону священника, тот согласно покивал в ответ.
Маслов наморщил лоб. Что-то не укладывалось в его голове. Он так и не понял, где он. Что за остров, о котором говорит плохо говорящий по-русски профессор, судя по фамилии и имени, грек? Что это за люди? Что за ботанический сад? Стоп-стоп-стоп!
Ботанический сад в Москве? Маслов был на этой станции метро оранжевой Калужско-Рижской ветки. Читал пару лекций в социологическом университете. Проходил из метро мимо входа в ботанический сад, видел вывеску… Нет! Что-то не так!
  • Погодите-погодите!, - Маслова осенило. - Это не Москва?
  • Конечно, не Москва, мой друг! Это же Греция! Остров Крит. Национальный ботанический сад острова, - удивленно пояснил Демис Хрисидис. - Причем здесь Москва? Ты из Москвы? Ну, да. Ты же русский! Всё ясно! Хотя… Ничего не ясно!
  • Это не Москва?, - вскричал Маслов. - Как я сюда попал?
В голове что-то крутилось, но никак не складывалось. Греция... Остров Крит… Они собирались с женой в Грецию на майские праздники… Собирались… Маслов не помнил, чтобы они улетели из Москвы и прилетели в Грецию. Может, это оттого, что он ударился головой в дверь этой… маслодельни? Значит, они все-таки прилетели? Маслов не помнил, в каком месте они должны были поселиться. Что это за ботанический сад такой?
  • Что это за ботанический сад такой?, - с надеждой вспомнить всё спросил Маслов у профессора.
  • Ну, слушай!, - с облегчением, что наконец-то русский готов его выслушать, начал свой рассказ доктор биологических наук профессор Демис Хрисидис.
По словам биолога, на острове Крит сложились уникальные условия для фауны. Здесь может расти практически все что угодно. В местечке недалеко от города Ханья жила семья, довольно богатая. Семейная усадьба славилась большим плодовым садом. Однако так случилось, что загорелся сарай, и весь сад сгорел. Семья недолго горевала. Четыре брата потратились и создали целый ботанический сад, в котором собрали не только местные деревья, кустарники, цветы и прочие растения, но и со всего мира. Сейчас это известный туристический объект. Целый растительный музей под открытым небом. Гиды, смотрители, рабочие, биологи, лаборатории с ботаниками, пчелиная пасека с пчеловодами, маленькие зоопарки с павлинами, индюками, гусями, козами, оленями и прочее. Профессор в ботаническом саду бывает часто. Все знают его. Он, как доктор биологии, курирует исследовательскую работу. Демис Хрисидис неслучайно выбрал местом для сбора своего тайного общества именно ботанический сад. Была и другая причина.
Недалеко от ботанического сада в деревеньке Ано Вувес растет старейшее на планете масленичное дерево, которому, по подсчетам, более трех тысяч лет. Профессор Хрисидис время от времени приезжает в деревню, осматривает дерево, придирчиво расспрашивает назначенного им из местных жителей смотрителя дерева, подолгу стоит, приложив ладони к старому стволу, словно пытаясь найти ответ на вопрос, ради решения которого и собрались его товарищи в тайное общество.
Все, что рассказал профессор было понятно. Хоть как-то понятно. Непонятно было другое. Какое отношение к ботаническому саду, старинному масленичному дереву и тайному обществу имеет он - Маслов?
  • А я-то здесь причем, профессор?, - прямо спросил Маслов.
  • Как причем? Как это причем?, - забеспокоился профессор Хрисидис. - Ты должен помочь нам! Ты же для того и послан! Так что мы все… Да что там мы - все человечество просит тебя о помощи.
Маслову понятнее не стало. Вот не становилось ему понятее!
  • Ну, хорошо!, - решил все же разобраться во всем до конца Маслов. - Рассказывайте о своей проблеме!
  • Разумеется!, - обрадованно воскликнул профессор. - Мы должны посвятить тебя в детали сложившейся ситуации.
Остров Крит - родина масленичного дерева. Вернее, именно на острове Крит зародилось получение из оливок - плодов дерева - масла, которое широко известно, как оливковое. На обнаруженных археологами кувшинах, в которые разливалось первое оливковое масло, прочитаны даты, относимые к четвертому тысячелетию до новой эры. Собственно, с торговли оливковым маслом началась эпоха политического освоения окружающего пространства жителями острова, что положило начало самой древней человеческой цивилизации - минойской. История этой цивилизации - отдельная история, но успехам критян завидовали, и остров подвергался завоеваниям. Сначала греками, потом византийцы, потом венецианцы, потом турки Османской империи, потом снова греки, но уже как бы освобождая от турок. Сейчас это греческий остров.
Оливковое масло было первым растительным маслом, полученным людьми. Эффект от употребления в пищу оливкового масла был поразительным. До этого организм человека получал лишь животные жиры, чем люди травили себя нещадно. Оливковое масло растворяло животные жиры, и люди перестали болеть и умирать. Дальше больше! В первых лампах горело оливковое масло. Растирания оливковым маслом лечили болезни. На масло положили глаз служители культа. Вплоть до наших дней оливковое масло горит в церковных лампадах, называясь елеем. Помазание елеем - елеосвящение - одно из христианских таинств. Короче, оливковое масло ценилось на вес золота. С годами ценность оливкового масла не утратилась, а наоборот, благодаря распространению по миру, оливковое масло производится в огромных количествах. Оливковые деревья вывозили с острова, и теперь они растут в материковой Греции, в Италии, в Испании, на Балканах, в Малой Азии…
Маслов слушал, слушал, слушал. Ему было, конечно, интересно. Как на увлекательной лекции. Но при чем здесь он? Как он очутился в этом месте? Что хотят от него эти люди? Короче, все те же важные вопросы так и оставались без ответа.
  • Погодите, профессор!, - перебил оратора Маслов. - Проблема-то в чем?
  • Проблема…, - профессор остановился, чтобы перестроить план доклада. - Проблема вот в чем. Оливковые деревья плодоносят примерно по триста-четыреста лет. Мы стали замечать, что срок плодоношения оливковых деревьев стал уменьшаться. Сейчас дерево может перестать давать плоды уже после пятого десятка лет возраста. Это во-первых. Урожай оливок собирается в ноябре-декабре в течение всего десяти дней. В этот короткий период собранные оливки содержат масло с самой низкой кислотностью, а именно по этому показателю определяется качество масла. Мы стали отмечать неуклонный рост кислотности масла собранного урожая. Это во-вторых. На снижение урожайности оливковых деревьев и ухудшение качества оливкого масла отреагировали виноделы. На своих симпозиумах они требуют освобождать площади от оливковых деревьев, чтобы посадить на этих землях виноград. Это в-третьих. Все это происходит на протяжении последних трех лет.
  • Так-так-так!, - задумчичиво произнес Маслов. - А ничего такого намеренного со строны виноделов вы не обнаруживали? Ну, там… Опыление химией?… Какие-нибудь генетические прививки?... Радиационное облучение?... Электромагнитные поля?... Химический состав почвы, воды, воздуха?...
  • Ничего! Ровным счетом ничего!, - с чувством ответил профессор. - Мы проверили все эти версии. Ничего такого не обнаружено! Но мы по-прежнему считаем, что все это дело рук виноделов!
  • Надо подумать!, - Маслов и не заметил, как снова попался в ловушку решения чужих проблем.
Профессор Демис Хрисидис удовлетворенно покачал головой и негромко, чтобы не мешать Маслову, этому посланнику думать, тихонько обратился к своим товарищам по-гречески:
  • Это действительно посланник! Это тот, кто нам нужен! Он видит суть вещей!


Благополучно пройдя пограничный контроль, Маслов с супругой отыскали свой автобус, и через полтора часа уже заселились в маленькую гостиницу в три звезды, заняв довольно просторный номер с большим балконом, с которого открывался вид на море. Супруги успели на первый ужин. Маслов выпил любимого молока с печеньем. Жена выпила красного вина. В номере перед сном Маслов решил выйти на балкон, чтобы полюбоваться морем и звездами ясного неба. Он шагнул через порог балкона и… ударился лбом в стекло закрытой двери. Он и не видел, когда это жена успела закрыть стекляную дверь. В этот момент один Маслов отскочил от прочного стекла, упал на пол, потерял сознание, пришел в сознание, матернулся, поднялся и стал растирать нарастающую на лбу шишку. В этот момент другой Маслов пролетел сквозь стекло и тоже потерял сознание. Прийдя в себя, Маслов обнаружил себя сидящим за массивным дубовым столом в каком-то подвале с каменными стенами. Вокруг него за столом сидели какие-то люди. Похоже, Маслов ударился лбом о столешницу и набил шишку. Перед ним на столе стоял большой стакан с красным вином.
  • Давай-давай!, - услышал Маслов от одного из сидящих за столом. - Не отставай! Пей до дна!
  • Чем ты тут громыхаешь?, - строго спросила у Маслова вышедшая из ванной жена. - Ни на минуту тебя оствить нельзя. Давай-ка спать ложись!
Похоже, к двум Масловым добавился третий…


Сергей Александрович Русаков.
4 мая 2017 года.

Остров Крит.

Комментариев нет:

Отправить комментарий