Автор

Моя фотография

Преподаватель Академии народного хозяйства, писатель, пенсионер...

понедельник, 7 декабря 2015 г.

Берендеев салон красоты (продолжение сказки)


Глава 2-я: Берендеев салон красоты, в котором двери выходят совсем не туда, куда должны бы


Всякий праздник отмечен одной забавной чертой. Люди наряжаются, прихорашиваются, украшают себя яркими одеждам и блестящими украшениями. Празднование нового года, кроме людских нарядов, предполагает нарядить елку, навесив на ее ярко-зеленые ветки блестящие шары и разноцветные лампочки. Праздник. Не только праздное препровождение времени, но и много всякого разного, отличающего будничную  рутину от обычных дней.
Праздник - обязательный повод для женщин сделать праздничную прическу. Мизгирев привез жену в салон красоты. “Виктор и Василиса Берендеевы” светилось на вывеске над входной дверью. Хозяева - муж и жена - были мастерами своего дела. Мастерство их подтверждалось дипломами международных конкурсов, вывешенных на стене при входе в салон для утоления гордости и производства впечатления на клиенток.
Мастера пользовались популярностью среди зажиточных жительниц Рязани, да и москвички не жалели времени на дорогу из столицы в провинцию, чтобы доверить свои волосы великим парикмахерам. Марфа относилась к таким москвичкам только наполовину. Приезжая в Рязань, она навещала родственников и делала стрижку.
Мизгирев привез жену в салон, но остался в машине - прослушать сказку заново. Как раз около часа, и этот час пролетел незаметно. За то, Мизгирев разобрался в сюжете и отношениях персонажей сказки “Снегурочка”. Обычная история: любовный треугольник, несчастная любовь, трагический исход - Снегурочка растаяла от любви.
Отношения тривиальные, мораль примитивная. Другое интересовало Мизгирева - он пытался вообразить, представить себе воочую сказочный мир, описанный, а стало быть, созданный автором пьесы. Слушая, Мизгирев закрывал глаза и рисовал картинки в голове. А может, эти картинки были навеяны, навязаны, имплантированы сказкой: речами персонажей, музыкой и песнями.
Что-то такое рисовалось в воображении. Зимний лес, заснеженные елки, деревенские избы и деревянный терем царя Берендея.
Напитавшись впечатлениями, Мизгирев решил заглянуть в салон. Он был шапочно знаком с мастером Виктором. Кроме прочего, там угощали кофе. Мизгирев запер машину и зашел в салон красоты “Виктор и Василиса Берендеевы”.
Две девушки из персонала, сидя на диванчике для ожидающих своей очереди, орудуя ножницами, иголками и нитками конструировали самодельные новогодние украшения для новогоднего убранства салона. Одна из девушек с бейджиком “Катя” на высокой груди оторвалась от рукоделия и направилась к вошедшему посетителю с вопросительной улыбкой.
  • Жена зашла сюда и не выходит, - начал шутить Мизгирев, устраиваясь на диванчик.
  • Кофе? Чай?, - дежурно, но приятно улыбнулась ему девушка Катя.
  • Кофе и побольше сахару!, - Мизгирев чувствовал себя уютно в теплом помещении. Настроение поползло вверх.
  • Ваш кофе!, - вернулась к Мизгиреву девушка с чашкой на блюдце.
  • Спасибо! Вы спасли одинокого путника от замерзания и жажды, - Мизгирева тянуло шутить и балагурить.
Катя присоединилась ко второй девушке-сотруднице мастерить украшения.
  • У вас тут, наверное, есть запасной выход, - продолжил шутки Мизгирев, - я читал в одном детективе, что так некоторые дамочки незаметно выходили, вызывали такси и уезжали к любовникам… Мужьям и в голову не приходило, - Мизгирев улыбался своей шутке, девушки тоже улыбались, но рассеяно - были заняты своими девичьими заботами.
Когда девушки, совершенно не обращая на Мизгирева внимания, взобрались на невысокий подоконник, чтобы повесить на окно свои новогодние украшения, он деликатно отвел глаза от обтянутых джинсами округлостей и встал с диванчика. Мизгирев двинулся вглубь салона.
На стене, на манер школьной фотогазеты, на листе ватмана были приклеены фотографии. Надпись на фотогазете - “Русская краса” и буквами помельче - о конкурсе среди клиентов салона красоты. Все сфотографированные женщины были одеты в русские красные и синие сарафаны и отличались лишь прическами. Наверное, конкурс причесок.
Мизгирев нашел на одной из фотографий свою жену Марфу, но под снимком было подписано “Купава”. Понятно! Шифр участницы конкурса.
Оставив за собой просторный зал с клиентками в креслах, над прическами которых колдовали мастера, Мизгирев двинулся по коридору и уперся в дверь с надписью “Фотостудия”. Щель под дверью светилась включенным светом, как приглашение заглянуть. Постучав для порядка и выждав паузу, Мизгирев осторожно приоткрыл дверь и заглянул за нее. Типичная обстановка фотомастерской. Современный дорогой фотоаппарат на треноге, два прожектора на стойках освещают декорации для фотосъемок - имитация стены бревенчатого домика с окошком. В открытом шкафу на плечиках сарафаны и другая одежда, стилизованная под русскую старину.
Шутливое настроение и даже кураж не покидали Мизгирева. Он вошел в комнату, осмотрел все в ней внимательно и решился на розыгрыш.
Среди одежды в шкафу Мизгирев отыскал подобие полушубка, отороченного мехом и расшитого золотыми узорами. Свою куртку он повесил на вешалку, а сам облачился в полушубок, ну, или кафтан, зипун, армяк. Затем покрутил что-то на фотоаппарате, встал под свет прожекторов, растянул рот в улыбке, подбоченился и замер, дожидаясь вспышки. Теперь на листе фотогазеты будет и его фотография.
На маленьком столике в углу Мизгирев поколдовал над компьютером и принтером, чтобы распечатать фотокарточку подходящего размера и вышел в коридор, чтобы потихоньку прикрепить свое фото в самый центр цветника красавиц фотогазеты “Русская краса”. Хорошая будет шутка!
Странно, но коридор вывел Мизгирева не в зал с мастерами, а на улицу. Вид за дверью оказался необычным - заснеженные елки и луна. Наверное, какой-то парк за салоном красоты. Любопытство заставило Мизгирева двинуться в парк и обойти его - здесь за жилыми пятиэтажками не может быть большого парка. Пройдя метров сто среди елей по довольно глубокому хрусткому снегу, Мизгирев понял, что пора возвращаться. Да и стал замерзать - оказалось, что вышел на мороз в кафтане и без своей шапки.
Мизгирев вернулся по своим следам до двери, из которой вышел. Снаружи дверь была отделана под старину - толстые доски, кованные петли и железное кольцо в качестве дверной ручки. Дернул - закрыто. Захлопнулся замок. Мизгирев отошел на несколько шагов от двери и осмотрел здание в свете луны. Одноэтажная постройка, скорее всего, пристроенная к пятиэтажке. Мизгирев пошел вокруг вдоль дома, в надежде зайти в салон красоты через парадный вход. Под ногами была натоптанная в снегу тропинка. Значит, здесь ходят люди. Уже хорошо!
Мизгирев повернул направо за угол, потом еще раз направо и увидел деревянное крыльцо и пошел к нему. Вокруг крыльца снег был расчищен. От самого крыльца уходит в лес широкая наезженная укатанным снегом дорога. Вокруг темно, верхушки заснеженных елок освещены Луной, и лишь в где-то в конце дороги свет.
Любопытство снова взяло верх. По дороге он сможет вернуться назад к крыльцу, войдет в дом и как-то разберется, чтобы оказаться в салоне красоты, а сейчас хорошо бы глянуть одним глазком, что это за свет там в конце дороги. Там действительно светло и даже слышатся звуки, похожие на музыку. В канун новогодних праздников везде по городу разные инсталяции и представления - надо бы посмотреть. Для настроения.
Мизгирев пошел на свет и на звук. Дорога скоро перешла в площадь, окруженную сбитыми из досок навесами и торговыми лавками. Между ними горящие бочки - для освещения. В центре толпа людей окружила трех наряженных под скоморохов музыкантов, которые наигрывают плясовую на двух рожках и бубне. Люди вокруг приплясывают в такт. Одеты все тоже на старинный лад. Представление? А может, съемки какого-нибудь фильма? Тогда где прожектора и кинокамеры? Только горящие бочки освещают площадь. Кстати, ни одного электрического светильника и совсем нет электрических проводов.
Странно так же и то, что никто не фотографирует и не снимает видео на мобильные телефоны, что было бы так естественно в подобной ситуации. Может, секта какая? Мизгирев подошел к одной из торговых лавок под навесом.
  • Что за праздник празднуем?, - спросил он у бородатого мужчины за прилавком.
  • Коляда же!, - ответил продавец и протянул Мизгиреву глиняную кружку с чем-то горячим, и потому дымящимся.
Отказываться было неудобно. Мизгирев отхлебнул. Сладко, ароматно и горячо. Кажется, есть немного алкоголя. Ну, ладно. Раз уж отхлебнул, жена сядет за руль. Надо возвращаться. Мизгирев залпом осушил кружку, поставил на прилавок, достал из кармана три монетки по десять рублей и положил перед продавцом. Не жалко! Мизгирев согрелся и повеселел.
Развернувшись, чтобы вернуться по дороге к дому от которого пришел, он сделал несколько шагов и упал.
  • Эй! Народ! Молодец захмелел. Отнесите его к Бобылю. Не ровен час - замерзнет! Вон шапку-то уже где-то потерял, - прокричал продавец в толпу через пронзительный визг рожков.
Двое мужчин обернулись, подошли к лежащему на утоптанном снегу Мизгиреву, перенесли в сани, запряженные парой лошадей и, не спеша, поехали к тому самому дому, откуда появился Мизгирев.
Бухая валенками о пол в прихожей, чтобы сбить налипший на них снег, мужчины внесли Мизгирева в большую комнату и положили на лавку под окнами.
  • Бобыль! Принимай молодца! Захмелел, упал, хорошо не замерз впотьмах.
Из соседней комнаты, склонив голову под притолокой низкой двери, вошел крупный высокий старик в длинной седой бородой. Наклонившись над лежащим Мизгиревым, он рассмотрел его лицо и отпрянул: 
- Мизгирь?!...

Сергей Александрович Русаков.
6 декабря 2015 года.
Москва.

Комментариев нет:

Отправить комментарий